г. Биробиджан, ул. Пионерская, 53, 8 (42622) 6-03-06

Планы работы

Адрес института

Обл-ипкпр-ИУУ мал

679000, г. Биробиджан,

ул. Пионерская, 53

режим работы:

пн-пт. с 9-00 до 18-00

телефоны:

приемная 8 (42622) 6-03-06

контактная информация

Полезные ресурсы

Суббота, 23 Декабрь 2006

Идиш в ЕАО: традиции, опыт, современность

Оцените материал
(0 голосов)
Автор: Е. В. Беляева, старший преподаватель кафедры вторых иностранных языков и методики БГПИ.
Развитие языка идиш, как и любого другого языка, связано, прежде всего, с определением, установлением и признанием его статуса. Статус этого языка в еврейской истории менялся несколько раз: от «жаргона» к языку национальному, а затем к языку государственного управления, языку официальной власти. По крайней мере, попытка сделать его таковым и была предпринята в Еврейской автономной области в годы ее становления. До этого прецедентов подобного рода в истории развития языков еврейской диаспоры (в данном случае – языка европейского еврейства) не отмечалось. Однако механизм придания идишу официального статуса на территории, которая декларировалась как одна из составляющих «еврейской государственности», создан не был, да и язык, как ему, впрочем, от века положено, развивался по своим, еще и до сих пор не очень глубоко изученным законам.

«В целях изучения производительных сил и культуры Еврейской автономной области» президиум облисполкома от 9 апреля 1935 г. принял постановление «О научно-исследовательской комиссии по изучению производительных сил и культуры области при облисполкоме» (Госархив ЕАО, ф. 138, оп. 2, д. 48, л. 1). 7 июля 1936 года при научной комиссии организовано консультативное бюро по еврейскому языку (выписка из протокола №13 заседания президиума облисполкома от 07.07.36 года, ф. 138. оп. 2, д. 48. л. 27). В 1937 году по постановлению бюро обкома ВКП(б) вышеупомянутая научно-исследовательская комиссия по изучению производительных сил и культуры области при президиуме облисполкома преобразуется в комиссию по изучению еврейской культуры (ф. 138, оп. 2, д. 48, л. 45). В 1949 году эта комиссия стала подчиняться плановой комиссии облисполкома (постановление президиума облисполкома от 14.02.39 - ф. 75, оп. 1. д. 154, л. 26). Двумя годами позже она и вовсе прекратила своё существование.

Для чего же создавалась научная комиссия? Для изучения развития языка, истории, культуры и хозяйства области; для подготовки научных докладов о социальном и культурном строительстве в автономной области – своеобразных отчетов, адаптированных для массовой аудитории. Комиссия должна была отслеживать также развитие науки и техники в области, собирать материалы и экспонаты, имеющие отношение к естественным богатствам автономии. Итог работы комиссии должна была подвести всесоюзная конференция по еврейскому языку (местом ее проведения намечалось сделать г. Биробиджан). Подготовка к конференции началась в 1936 году и продолжалась полтора года. Только провести её с намеченным размахом так и не удалось: не было в области ни научно-исследовательской базы, ни учёных-лингвистов. Да и помощи инициаторам «огосударствления» в области идиша со стороны ведущих специалистов, знатоков идиша и еврейских писателей не было. Однако тезисы выступлений на намечавшейся конференции все же были подготовлены. Авторы их поднимали важные вопросы, касавшиеся не только развития еврейского языка, но и изменения государственной политики по отношению к еврейскому народу. Советизированный идиш лишь отразил противоречия политики того времени…

Развитие Еврейской автономной области выдвинуло на повестку дня ряд вопросов, проблем и требований в области языкознания, поэтому созыв конференции, о которой здесь ведется речь, был крайне необходим. На конференции должны были быть, как сейчас говорят, «озвучены» все накопившиеся вопросы. Что это за вопросы? Большая их часть для нас не в новинку и теперь. Однако в условиях строительства ЕАО они приобрели довольно своеобразный характер, и чтобы ответить на эти вопросы, необходимо было рассмотреть и увидеть (ни много ни мало!) процессы построения языка. Речь же шла о специфическом языке – еврейском государственном языке, то есть языке управления во всех экономических и культурных областях и сферах. Это, как вы понимаете, проблема не только административно-терминологическая - она намного объемнее, а ее решением могло стать создание (образование) принципиально нового языкового пласта, иначе говоря, политико-юридического и административно-общественного стиля в идише.

В результате долгих дискуссий было решено, в частности, вынести на повестку конференции и вопрос, сформулированный вот как: «Общие методологически-ориентационные основы марксистско-ленинского языкознания и задачи формирования и исследования еврейского языка». Планировалось и обсуждение проблемы государственного и административно-хозяйственного языка и его терминологии во взаимосвязи с организационной стороной (как проводить «идишизацию» государственного аппарата), привести, так сказать, к «общему знаменателю» разные диалекты идиша, выработать нормы грамматики, орфографии и пунктуации, «упорядочить» язык литературы и прессы, создать различного назначения словари и т. п. И хотя окончательных и четких решений по этим вопросам принято не было, но сама их постановка указывает на основные лингвистические проблемы языка идиш, сохранившиеся и по сегодняшний день.

Основная же сложность предприятия по переходу к деловой и политической обиходной речи заключалась (и заключается) в известного рода несхожести разговорной, «живой» природы идиша и его неважной приспособленности к «высокоштильной» письменной, в какой-то мере даже искусственной языковой форме. Впрочем, были препятствия и иного плана. Вот, например, цитата из одного письменного документа того времени: «В условиях государственной жизни, когда идиш звучит в органах власти, на собраниях комитетов, где работа должна вестись на идише или когда в еврейской школе вы не встретите класса, который бы не состоял из носителей разных диалектов, где на каждом предприятии, в каждом колхозе встречаются и за работой, и в общественной жизни, и в обычной домашней обстановке люди из совершенно разных областей, уже ясно, что вопрос о сегодняшней нормативной речи становится первоочередной задачей государственного строительства. Определённые изменения языковой унификации возможно уже сейчас заметить среди еврейских масс в ЕАО. Однако нельзя допускать, чтобы эти процессы развивались стихийно, их необходимо регулировать, задать определённое направление. Значит, наша задача состоит в выработке основ еврейской орфоэпии».

В Советском Союзе, где существовали государственная еврейская школа, государственный театр и радио на идише, велась широкая разветвлённая политическая и культурная разъяснительная работа, когда развивался официальный еврейский государственный язык, тенденции унификации языка приобретали решающее значение.

К идишу проявляло интерес не только еврейское население области, но и все ее жители. Организовывались курсы по изучению еврейского языка для рабочих заводов, фабрик. В Биробиджане почти ежедневно шли спектакли на еврейском языке, выпускалась газета на идише. «Рейтинг» идиша был высок.

История развития языка идиш в ЕАО наглядно показала взаимосвязь политики и изменения функций языка, а также природы языка и национального характера его носителей. В ЕАО была предпринята попытка изменения идеологического содержания путём изменения формы языка. «Советский» вариант идиша должен был выражать новое сознание, свидетельствовать об отказе еврейских переселенцев от религиозных принципов жизни. К счастью, была изменена только внешняя форма языка (не было достаточно времени и ресурсов, чтобы идти дальше), но национальное содержание осталось. Парадокс заключается в том, что, несмотря на это, идиш, а вместе с ним и еврейский «местечковый» менталитет на территории области всё-таки прижились.

Сегодня, когда через годы пришло осознание истинного места языка идиш в «советской диаспоре», закономерно изменилось и отношение к нему: в недавнем прошлом язык национальный, «действующий», идиш приобрел ныне качества языка иностранного и признаки объекта для этнолингвистического анализа, интересного разве что для историков языка. Поэтому актуальным стоило бы считать изучение языка в тесной взаимосвязи с процессами развития этноса или нации определённого региона. Разумеется, в системе под названием «этнос» имеются и другие определяющие признаки: коллективное этническое самосознание, общность материальной и духовной культуры, сходные ценностные ориентации у представителей этноса и т.д. При этом учитывается совпадение или несовпадение также и языковой общности людей. Стоит считаться и со смещением акцента с языка-системы на язык-процесс, т.е. на языковое поведение, и с интегрирующей функцией языка. В нем же самом реализуется не только его собственная структура (лексика, фонетика, морфология и синтаксис), но и национальная специфичность культуры, а также самобытное отношение языка к действительности, с которой соприкасаются его носители. Но это уже, скорее, тема социально-психологическая…

Материал опубликован в журнале "Педагогический вестник ЕАО" № 3, 2004 г
Прочитано 1499 раз
Версия для слабовидящих

Архив публикаций

« Ноябрь 2018 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

Наш учредитель

Наш журнал

Архив журнала "Педагогический вестник ЕАО"
Весь архив
наверх